Опыт и интервью

«Беларусь проснулась»: 7 вопросов участнице протестов

11710
0
Протестные настроения в Беларуси становятся сильнее с каждым днем: только за первые три дня, по данным МВД страны, арестовали 6000 человек. Люди при этом до сих пор выходят на локальные митинги, по всей республике звучит песня Виктора Цоя «Перемен».

Однако несмотря на старания независимых медиа, до нас, жителей России, долетают лишь обрывки новостей о том, что прямо сейчас происходит в Беларуси. Мы побеседовали с жительницей Минска Анной Кравченко: до выборов президента она работала дизайнером, однако сейчас женщина выходит на марши, участвует в протестах, защищает близких. Рассказываем, что мы узнали от той, кто видит перемены своими глазами.

Ходили ли вы на выборы и почему?

Да, и вся моя семья была на них в полном составе. Я уверена, что в этих выборах участвовали 99,9% жителей. В этом году голосование стало действительно невероятным событием для всех нас, и мы видели надежду на достойное будущее нашей страны.

Мы (всей семьей — прим. ред.) специально купили (для похода на голосование — прим. ред.) белые майки с вышиванкой как символ свободы Беларуси. Невероятная солидарность и желание что-либо изменить заставили нас пойти на выборы и отдать свой голос. Почему именно сейчас? Потому что именно теперь Светлана Тихановская и проект #голос позволили думать, что в этот раз наше мнение действительно будет учтено при подсчетах.

Расскажите о своем участии в женском марше?

Мы (участницы протеста, прошедшего 12 августа — прим. ред.) никоим образом это не планировали, не думали, что завтра проснемся и пойдем туда: в каждом из нас борются множество сомнений, желаний и надежд. Мы просто проснулись и увидели в единственном доступном нам информационном канале, что на площади Якуба Коласа и возле Комаровского рынка собрались женщины, и они организовывают мирный марш.

Вы не представляете, что это для нас значило: интернета в нашей стране к тому времени не было три дня, и любая информация о том, что где-то собираются люди, давала нам толчок и возможность для участия.

Мы с подругами незамедлительно все бросили и поехали туда. Там собралось множество красивых, умных, амбициозных, целеустремленных женщин. Именно в этой толпе я встретила огромное число своих коллег, клиентов, единомышленников. Это были воспитательницы детских садов, баристы, владелицы бизнесов, женщины, которые учат и лечат детей, студентки и др.

Повторюсь, это не было запланированной акцией. Для нас марш стал возможностью показать республике, что мы можем защитить наших мужчин в трудной ситуации, когда их уже несколько дней избивают. Мы даже не знали, что делать: стоять или идти дальше, ведь к нам начал подтягиваться ОМОН, стали оцеплять улицы и закрывать дворы. Было страшно, однако кто-то предложил двигаться, и в этот момент хаотичные движения женщин, вышедших за своих мужчин, стали сплоченными — мы просто пошли по улицам.

Мы не скандировали лозунги, не вели себя угрожающе. И другие видели, что к нам можно присоединиться. Мне кажется, мы доказали, что с диктатурой можно и нужно бороться с помощью мирных шествий.

Мы боялись. Любая незначительная провокация рассматривается как неповиновение закону и может стать причиной ареста на срок от 3 до 15 суток. Страх, переполнявший женщин, был огромен, но мы его переступили и показали, что на улицы можно выходить. Чтобы вы понимали, белорусы настолько законопослушные и мирные, что все участники колонны ждали зеленого света, чтобы перейти дорогу.

Читать по теме:Культура, Новости250 белорусок вышли на флешмоб против насилия

Совместим ли феминизм с режимом Лукашенко? Почему?

Скажу так: мне сложно ответить на этот вопрос. Я не отношу себя к феминисткам, хоть я и самостоятельный человек, не зависящий от своего мужа.

Но, знаете, когда с экранов телевизора главный руководитель нашей страны называет женщин овцами, шлюхами, проститутками, то это невозможно терпеть. И мы не будем этого терпеть: мы не шлюхи, не овцы, не проститутки. Мы те, кто участвует в жизни общества. Вы (действующее правительство страны — прим. ред.) нас не видите, но мы есть.

В Беларуси нет женщины-лидера рядом с главой государства, и это печально. И вот на сегодняшний день Светлана Тихановская стала нашим… Нет, не лидером — символом. Она подобна Красавице, поцеловавшей Чудовище, и мы помним, что потом оно очнулось от злых чар. Наша республика была спавшим Чудовищем. Светлана расколдовала нас.

Мы идем не за ней, она не лидер. Однако Тихановская дала понять: у нас есть голос, право и возможность жить в свободной стране. Она разбудила людей, вытянула из комы, и мы благодарны ей за это. Что бы Светлана ни предприняла дальше, свое дело она уже сделала — никому за 26 лет не удавалось того, что получилось у нее. Даже если Тихановская уйдет из поля зрения, она своими действиями обеспечила себе место в истории республики Беларусь.

Какова сейчас ситуация на улицах?

Днем на улицах более-менее безопасно, но так я думала еще утром. Уже сегодня (13 августа — прим. ред.) в 5 часов вечера, когда все мирные люди шли с работы, увидела, что это не так. Чтобы вы понимали, многие продолжают трудиться, хоть большинство владельцев частного бизнеса приостановили свои проекты. Люди находятся в депрессии, им тревожно: естественно, работать в таких условиях тяжело. Я и сама уже четвертый день не выхожу на работу. Мне звонят мои клиенты, и они все прекрасно понимают, поддерживают и ничего не требуют — они сами в таком же состоянии.

Ближе к вечеру в город стягиваются автозаки, военная техника. Так пытаются нагнать страх и перекрыть центральные улицы, чтобы не собирались митинги, шествия и даже дружеские компании. Сейчас, по закону Александра Григорьевича Лукашенко, группы более 10 человек приравниваются к митингующим, и они могут «залететь» за решетку на срок от 3 до 15 суток.

Что лично вам помогает ощущать себя в безопасности?

Никто из нас сейчас не находится в безопасности. Почему? Потому что могут остановить на улице, потребовать телефон, посмотреть, на кого вы подписаны, что за фотографии делали в последнее время. Если хоть что-нибудь не понравится — сотрудники правоохранительных органов могут посчитать нужным забрать человека и поместить его в камеру просто из-за того, что он якобы не за того голосовал, подписался не на те каналы связи, снимал пропагандистские, по их мнению, кадры, которые подрывают деятельность действующего правительства.

В таких условиях трудно говорить о спокойствии — все условно. Когда темнеет, становится еще хуже. Единственное, что дает силы — надежда на то, что ты не один. Выходя на улицы, на акции протеста, ты видишь улыбающиеся лица. Я часто видела комментарии, критикующие такую реакцию людей, но я скажу, почему они радуются. Митингующие рады видеть похожих на них жителей города с глазами, полными надежды. Они смотрят на тебя из проезжающих автомобилей, с улицы. Нас, как оказалось, много. Мы думали иначе.

Как вам удается держать связь с близкими?

В моей семье, кроме мужа, две женщины — мама и свекровь; связываемся по телефону — благо, мобильная связь еще работает. Сейчас мы редко сидим дома, ведь от каждого из нас зависит будущее страны. Я сегодня целый день в городе, в белых одеждах и с плакатами. Мама со свекровью тоже ушли на крестный ход, чтобы выразить недовольство происходящими событиями.

На ваш взгляд, чем закончится борьба с действующей властью?

У меня нет сформировавшегося ответа. Я также не знаю, когда это все закончится. Но я верю, что завершатся темные и тревожные времена, которые творятся сейчас. Белорусов разбудили, они уже не спят. Они хорошо выспались, набрались сил и теперь готовы бороться за свободу и независимость своей страны, за свободу волеизъявления. Я рада, что живу здесь и сейчас, потому что могу повлиять на происходящее.

Самое приятное во всем этом то, что я увидела столько горящих глаз, столько интеллигентных лиц, столько сильных и смелых белорусов. Я скажу одно: сейчас рождается нация. Мы осознали себя как белорусы. Раньше мы были рабами.