Образ жизни, Здоровье

Что нужно знать о блокаторах полового созревания

10360
0
В декабре этого года Верховный суд Великобритании запретил использовать блокаторы полового созревания при лечении детей младше 16 лет. Слушания по делу начались после дела Киры Белл. После них же и оказалось вынесено соответствующее решение.

Считается, что именно такие препараты позволяют подросткам частично избавиться от гендерной дисфории, однако теперь им придется ждать несколько лет, прежде чем применять подобные способы решения — законодатели Великобритании пришли к выводу, что пациенты младше 16 лет слишком юны, чтобы давать согласие на терапию.

Среди транспозитивных врачей господствует мнение, что блокаторы полового созревания могут помочь в исцелении ментального здоровья людей, в том числе снизив вероятность самоубийств. Рассказываем, как работают подобные препараты, в каких случаях их могут прописать и при чем тут 23-летняя персона, пожелавшая сделать детранзишн.

Что еще за Кира Белл

Скандалы с ее участием разгорелись еще в октябре 2020 года. Жительница Кембриджа столкнулась в подростковом возрасте с депрессией, которая развивалась на фоне гендерной дисфории. Она обратилась в клинику «Тависток», где ей прописали прием тех самых блокаторов полового созревания, о которых и шла речь.

Чуть позже Кира приступила к приему тестостерона и сделала мастэктомию — удалила молочные железы. Однако в 23 года пожалела о своем решении и захотела совершить детранзишн — процедуру по обратному переходу. Но даже спустя три года после прекращения курса ее тело не меняется.

Сперва, когда я приступала к переходу, была счастлива, вот только с годами стала ощущать все меньше и меньше радости.

Сейчас я живу в мире, в котором мне сложно назвать себя кем-то определенным: мужчиной или женщиной. Я застряла между двумя полами.

Не так давно Белл подала в суд на клинику и выиграла дело, после чего Верховный суд и постановил ограничить использование блокаторов полового созревания.

Читать по теме:Образ жизниЧто делать, если твой ребенок заявляет о своей трансгендерности

Действительно ли препараты так вредны

Наиболее часто для замедления полового созревания врачи используют агонисты гонадотропин-рилизинг-гормон — это вещество, подавляющее рост уровня тестостерона и эстрогена, которые и влияют на появление вторичных половых признаков. Кроме того, подобные препараты используются в гинекологии и онкологии — с их помощью специалисты повышают вероятность беременности у бесплодных женщин, убирают очаги эндометриоза, борются с метастазами.

Главным противником блокаторов полового созревания можно назвать бывшего специалиста центра «Тависток» Маркуса Эванса. В январе 2020 года он опубликовал в издании Quillette статью о том, почему же ему пришлось уйти из клиники.

Сторонники беспрекословного потакания трансидентифицированным детям часто утверждают, что любое промедление в оказании помощи ребенку могут привести к непоправимому психологическому вреду и, возможно, даже привести к самоубийству <…>

Однако это заключение не соответствует тому, что я наблюдал лично как практикующий психотерапевт. В 80-е годы я оценивал парасуициды — жесты, намекающие на желание лишить себя жизни, — среди взрослых. Некоторые мои пациенты перенесли операцию по смене пола и потому часто сердились на потерю биологической идентичности. Они также были недовольны психиатрами-специалистами, которые, по их мнению, не смогли должным образом исследовать их проблемы, связанные с гендерной дисфорией <…>

В частности, я работал с молодым человеком, которому был поставлен диагноз «шизофрения». После того, как мы с ним на протяжении нескольких месяцев боролись с его вспышками гнева, парень объявил, что желает сменить пол. При этом ни в одном документе и ни в одном анамнезе не говорилось, что он страдал от гендерной дисфории.

Шизофрения была противопоказанием, однако пациента бегло обследовали и отправили в Центр гендерной идентичности при больнице Чаринг-Кросс. На мой взгляд, смена пола, вероятнее всего, была стратегией для усмирения его пугающего нрава, ведь женщины стереотипно менее агрессивны и опасны. Я написал коллегам, рекомендуя отложить операцию и продолжить психотерапию. Однако те не согласились.

Отчасти переходя к ультраправой риторике, Эванс делает следующий вывод: детям нужны не операции, а терапия. Не «принятие» на словах, а проработка их реальных проблем. При этом, если посмотреть современные исследования, то станет понятно, что блокаторы не так ужасны, как о них думают.

В чем заключается польза блокаторов

Как считают специалисты клиники «Майо», отсрочка полового созревания — вполне естественная процедура, если идет речь о небинарных или трансгендерных детях, которые хотят привести в соответствие свои пол и идентичность. Вопреки заявлениям Эванса, эффект от подобного лечения не вечен: как только человек перестанет принимать препараты на основе агонистов гонадотропин-рилизинг-гормона, его тело будет развиваться так, как и должно. Вероятно, в случае с Кирой Белл изменения необратимы из-за того, что женщина на протяжении долгого времени применяла тестостерон — это может говорить о некомпетентности врачей, что ее наблюдали, но никак не о вреде самих блокаторов.

Как правило, подростки до 18 лет слишком молоды, чтобы переходить на гормонозаместительную терапию — как раз ее эффект сохраняется на долгие годы, поэтому специалисты рекомендуют в таких случаях использовать блокаторы: за то время, что они будут работать, ребенок разберется, чего бы он хотел на самом деле.

Недавнее исследование, на которое ссылается издание Gaytimes, показывает, что своевременный и открытый доступ к подобным препаратам может снизить смертность трансгендерных подростков в результате суицидов и самоповреждающих действий. 21 января 2020 года медицинский журнал Pediatrics опубликовал у себя данные , согласно которым и были получены такие выводы.

Исторически мы знали, что блокаторы полового созревания сами по себе безопасны и эффективны, и их результат полностью обратим. Так что преимущества их использования перевешивают любой риск. Запрещать подобные средства — это не нейтральный вариант. Доступ детей к таким препаратам сопоставим с их безопасностью во взрослой жизни. Вот почему настолько важны и они, и данная статья.

— прокомментировала работу доктор Мишель Форсье, также работающая с трансподростками.

Согласна с ней и министр здравоохранения Содружества Пенсильвании Рэйчел Левин, отметившая, что ее коллегам следует впредь обращать больше внимания на подобные исследования. Политикам же, заявляет она, не следует вмешиваться в медицинские стандарты оказания помощи.

Что в итоге

Нужны блокаторы созревания или нет — решать самому человеку и его наблюдающему врачу, тем более, что, как мы уже выяснили, подобные средства используются не только при лечении трансперсон. Однако то, что происходит в Великобритании, можно назвать подменой понятий.

Если проследить историю Киры Белл и ее сподвижниц, например, Чарли Эванс, основательницы Detransition Advocacy Network, мы увидим, что в их трагедиях виновато не само лекарство, а недальновидность специалистов, позволивших женщинам завершить переход. Об этом же отчасти говорил и доктор Маркус Эванс: прежде чем подвергать человека транзишну — переходу — нужно убедиться, что именно он ему сейчас необходим.

Однако на этом фоне возникает совсем другой вопрос: почему вместо того, чтобы накладывать ограничения на использование препаратов (которые, к слову, могут понадобиться и в критических ситуациях), не подверглись санкциям специалисты, работавшие с женщиной, а также не была отозвана лицензия у клиники? Возможно, местное правительство попросту решило пойти по пути наименьшего сопротивления — по крайней мере, именно в это хочется верить.

Читать по теме:КультураЧто нужно знать о трансгендерах