Опыт и интервью

Дядя Терин о Месяце Прайда, пропаганде и о том, как правильно совершать каминг-аут

10658
2
Дядя Терин — квир, пансексуал, полиамор. А еще секс-просветитель — он больше пяти лет проработал в секс-шопах родного пригорода и Москвы. Позже увлечение темой вылилось в создание телеграм-канала. В нем Терин отвечает на вопросы читателей обо всем: как подобрать смазку, чем отличается токсичный партнер от спокойного. Он пишет в твиттере, что может возгореться от чего угодно, но после беседы с ним такого не скажешь. Мы поговорили с Терином о принятии себя, каминг-ауте, сексе в России и многом другом.

Зачем на самом деле нужен Прайд-месяц?

Он не только для тех людей, которые наконец вылезли из шкафа, чтобы сказать о своей ориентации. Он для тех, кто в этом шкафу все еще сидит и вынужден там оставаться, подвергаясь травле со стороны родственников, коллег. Именно для таких, я считаю, месяц Прайда крайне важен. С ним можно показать, что это нормально — быть тем, кто ты есть.

Месяц необходим для единства, что-то в духе «привет, ты не один, мы с тобой, тебе не нужно себя исправлять. Ты есть — и это уже хорошо».

Как убрать мракобесие из русского секс-просвета?

Достаточно убрать религию, не пугать подростков сексом и раздавать им контрацептивы. Доходчиво объяснить, что до 16 лет их организм не сформирован окончательно, особенно в гормональном плане, и ты не получишь от этого должного удовольствия.

Важно помнить, что зачастую подростки занимаются сексом не для удовольствия. В период пубертата у них вечно бывают конфликты то с родителями, то с друзьями — они нуждаются во внимании. А самый простой способ его получить — заняться сексом.

Надо объяснять, что секс — не статусная штука, что друзья, рассказывая о своих похождениях, могут вполне себе врать, что на заборе «х**» написано, а лизнешь — доски досками.

Что секс не дает доверие или делает старше. Вместо него можно практиковать поцелуи, объятья, тот же петтинг — они тоже довольно тактильны, но при этом обеспечивают защиту, необходимую подростку. Еще школьникам нужно знать, что нет — значит нет, что твое тело — твое дело, что мастурбация — это не стыдно. Что менструация — это нормально. Я помню свой «секспросвет» в школе: нас, девочек, в 9 классе подозвали, стыдливо протянули прокладки с презервативами — и это притом, что года три у многих из нас уже была менструация. Мальчики при этом просто сидели на уроках. Так вот, надо и парням это все тоже разъяснять. Чтобы девочку, у которой протекла прокладка, не стыдили, чтобы мальчик спокойно смог закрыть ее курткой и сказать: «Слушай, тебе нужно в уборную, у тебя пятно». Для это нужно понимание естественности процессов. Я пытался отгораживаться от последних новостей о том, что сказал Совет Женщин. Это заставляет меня возгораться. Зацикленность на семейной ячейке в стране, где огромен процент разводов, бесполезна. Нужно давать людям понять, что они самодостаточны , чтобы потом эти самодостаточные люди создавали союз, а не «склеивали половинки». В противном случае из-за этого многие сталкиваются с комплексом неполноценности только потому, что не могут найти себе пару. Это убивает самоценность человека.

Как говорить о сексе со старшими поколениями?

Самое смешное, что люди 70+ — крайне бодрые и секс-позитивные товарищи, говорю по своему опыту работы в секс-шопах. Это те, кто с ноги открывает дверь в магазин, смотрят на продавца влюбленным взглядом и говорят: «Оденьте мне поскорее мою голубку или жеребца!»

У меня бабушка, родившаяся в 44-м, сказала в свое время прекрасную вещь: «Секса у нас в СССР не было, но е*****ь мы как кони».

Тут нужен индивидуальный подход к поколению. Я убежден, что взрослых нет — есть дети, которых никто не учил, как быть взрослыми. Просто сейчас нам, родившимся в 90-е, не зазорно рассказать о ментальных проблемах. Естественно, что у наших родителей из 70-х иные сложности: у них все обычно бывало нормально, а потом они уходили на месяц в запой. По сути своей, их воспитали дети войны — а им было тяжело.

Если мы посмотрим на Россию нулевых и двадцатых, то увидим, что сейчас мы вроде и открытые, но все же пуритане, потому что в нулевые вовсю был расцвет сексуальной революции. Когда у нас спокойно крутили «Отпетых Мошенников», Шуру, «Тату», «ВИА Гру». Тогда же Army of Lovers были популярны. Никто особо не задавал вопросов. Только потом к власти начала приходить церковь, и понеслось.

В моей юности не было интернета. Только книжки. Естественно, ни о какой пропаганде и речи не шло. Так и хочется спросить: «Где это все? Где радужные плакаты под окнами школ? Где возгласы в духе: «Хэй, идите к нам слушать Леди Гагу и Мадонну, и пусть вас возненавидят близкие». Не работает так.

Как у тебя прошло осознание ориентации и принятие себя?

Понял свои предпочтения классе в пятом. Была у нас молодая учительница немецкого — блондинка с укладкой в стиле 40-х, в белой блузке и брюках с высокой талией, всегда с помадой, носила красные очки, на занятия ходила с длинной указкой. Так вот, на уроки я попадал чисто попялиться на нее. И когда она при этом начинала ругаться на немецком, мое детское сердечко просто трепетало: я понимал, что мне не просто какая-то тетечка нравится, это симпатия совсем другого уровня. Процесс принятия прошел просто. Сперва с мыслью: «Окей, мне нравятся девочки», затем с убеждением: «Окей, мне нравятся и мальчики». Естественно, пытался навешивать на себя ярлыки — так было проще. Тогда же вписался в неформальную тусовку. У нас мальчики спокойно целовались с мальчиками, девочки — с девочками. Мы лично старались узнавать, что нравится, а от чего не в восторге, и для нас это было нормально. Как и нормально было то, что настоящему гетеросексуальному парню вообще не влом поцеловаться с лучшим другом, потому что он уверен в своих предпочтениях и знает, что после этого они не поменяются.

Схожую ситуацию наблюдал в гей-клубе лет в 17, где познакомился с очаровательным мужчиной под 40 — для меня он тогда был «в возрасте». Мы заболтались, и я решил выяснить, почему он выбрал именно гей-клуб. Ответил, что приходит сюда потанцевать и отдохнуть, что здесь хорошие люди и хорошая музыка, что, если с ним подойдут знакомиться, он просто скажет: «Извините, нет», и на этом все закончится.

Он добавил: «Меня не будут разводить на коктейли. Я уверен в своей ориентации, я знаю, кого люблю, кого хочу».

Было еще забавно в том плане, что я понимал: мне нравятся и девочки, и мальчики. И тут случается первая любовь — и это андрогинная персона, по которой сразу не скажешь, кто это. И я такой: «Ага. Вот оно как. Ладно, неважно, что у тебя между ног, главное, что я тебя люблю!»

Есть человек, ты его любишь, и все писечные аксессуары вообще не волнуют — если хочешь сделать ему хорошо, найдешь способы. Так и выстраивается мировоззрение пансексуала.

Я одно время пытался переделать себя под типичного гетеросексуального человека. Не получилось. Когда после свадьбы у нас с супругом появилась партнерша, мама подшутила: «Что, попытка в гетеросексуальность не удалась?» Она приняла меня, когда я привел ее в гей-клуб, и к ней прилипли мои друзья лет 16-17 с жалобами о том, что не могут открыться родителям. Потом она ужаснулась: «Твою ж мать, бедные дети…»

Читать по теме:Образ жизни6 знаменитостей, которые недавно совершили каминг-аут

Как увернуться от предубеждений и стереотипов, если ты квир?

Квирность — больше про пересечение. Про то, что ты можешь быть негетеросексуальным, но цисгендерным. Этот термин долгое время был оскорблением, но сейчас мы боремся и отвоевываем его. Есть замечательный проект «Тетки», он во многом про то же: в своем манифесте создатели говорят, что они, геи, — те самые глиномесы, мужеложцы, содомиты. Они стараются обернуть оскорбительные эвфемизмы в свою пользу. О предубеждениях: был у меня случай на работе. Как-то спросили, с кем я приду на вечеринку. Сказал, что с Ольгой. Переспросили, мол, с кем?! С Ольгой. Девушкой моей. Вопросов больше не было.

Чем проще ты сам к чему-то относишься и чем проще тебе самому об этом говорить, тем легче. Хотя бывают места, где с этим будет непросто, но я всегда помнил, что я никогда не был худеньким и мог дать сдачи.

Люди погрязли в стереотипах, оттого-то они и боятся, не понимают, с чем имеют дело. И у меня было много предубеждений. Когда еще не сильно общался с комьюнити, дружил с гомосексуалом, и мы должны были пойти к его друзьям. Там появился сперва один такой канадский лесоруб. А я ожидал увидеть какого-то типичного гея — спутника моего знакомого. А вокруг были сплошь канадские лесорубы. И тут-то я понял, что по внешности толком ничего не определишь. Вот у меня, например, с этим порой проблемы, а супруг видит все точно — ни разу за семь лет не ошибся! Тут больше в открытости дело. Квиры чаще всего такие: когда ты в их тусовке, никто не будет спрашивать, как вы сексом трахаетесь. Все все понимают. Это поднимает уровень комфорта и снижает уровень агрессии.

О чем нужно помнить во время каминг-аута?

Первое правило: думай о собственной ценности и помни про разумный эгоизм. Не бери больше, чем в силах дать, и не давай больше, чем можешь.
Пока ты финансово зависим от гомофобной семьи, не бейся головой о стену, думай о безопасности. По возможности подрабатывай и копи, чтобы позже от них свалить. Сепарация очень важна. Нужно понять, что это твоя жизнь и ты ее будешь проживать, а не родители.

Насчет коллег или одногруппников: тут уже нужно смотреть по ситуации. Вряд ли в типичном колледже можно заявить, что ты гей, если при этом ты не двухметровый амбал. Нужно создавать тыл и окружение, которому доверяешь — названную семью, на случай, если тебя не принимают родители.

У меня до сих пор есть достаточно недомолвок или обид в общении с мамой, но нужно делать ставку на то, что это иное поколение. Родители часто винят себя, думают: «Что я сделал не так, что мой ребенок вырос таким?» Не понимают, что ориентация не зависит от воспитания. Я такое наблюдал. Родители десятилетиями винили себя и неосознанно травили ребенка.

Каминг-аут и проработка травмы родителя: тут все просто. Помогать нужно, перенимать боль на себя — нет. Никто ни в чем не виноват, а вот открыть родителю мир, сводить на мероприятие надо — как раз для родителей недавно открывшихся такие есть. Нянчиться не нужно — не забываем про самоценность. Тут родителя, конечно, тоже можно понять — ты притащил ему огромный сундук, который тяготил тебя долгое время, потом вываливаешь его перед семьей. И тебе с ним было непросто, и родитель на него пялится. Однако и тут важно учитывать разумный эгоизм.

Фотографии: Дядя Терин