Как гендерные стереотипы портят детей

Февраль 01 2017
0

Стереотипы по поводу пола начинают преследовать нас даже не с детского сада, а гораздо раньше: в роддоме. На выписке мальчиков одевают в голубое, а девочек в розовое — теперь это ваш цвет и не смейте пересекать черту. Конечно, в этом возрасте дети еще ничего не понимают, но определенный фон задан. Детский сад, школа и даже начальные ступени высшего образования только продолжат общую линию, что девочки и мальчики разные, поэтому они должны по-разному себя вести, по-разному одеваться и иметь разные потребности. При этом всех детей стригут по половому признаку под одну гребенку. Если ты мальчик, то должен любить футбол, войнушку и машинки, а кукол трогать не смей. Если ты девочка, то сиди тихо в уголке и не бегай повсюду, а то еще разобьешь себе коленки. Вокруг детей выстраивается своеобразная клетка из негласных правил поведения и ожиданий, за рамки которой заходить нежелательно. Ограничения сами по себе нехороши, но это не первый и не последний минус системы воспитания, в которую встроены гендерные стереотипы.

Встречают по одежке


Начинается все действительно с одежды. В какой-то определенный момент мальчикам становится стыдно носить колготки, а девочкам — шорты, хотя шорты в гардеробе девочки-подростка никого не смутят. Еще в детском саду, на телевидении, в магазинах одежды появляется определенный цветовой и символьный код, связанный с гендером. Для мальчиков цвета должны быть нейтральные или темные, узоры абстрактные или связанные с «типично мальчишечьими» увлечениями. Девочки могут носить нежные цвета, пастельные тона, узоры из цветочков, бантиков и сердечек. Даже герои мультфильмов будут разделены по полу: мальчикам — роботы, трансформеры, супергерои, а девочкам — милые создания, зверюшки и принцессы. Если у тебя будет одежда или предмет с чем-то якобы от другого пола, то тебя, в первую очередь, засмеют сами дети, в сознание которых уже внедрен цветовой и предметный код. «Что ты как девчонка?», «Почему ботинки мужские с машинками надела?».

А что делать, если девочке нравятся трансформеры, а мальчику — цветы или бабочки? За этим может крыться серьезное увлечение, которое в будущем перерастет в профессию или хорошее хобби.

Роботостроение и механика у девочек, биология у мальчиков — почему нет? Ограничения «по интересам» надевают шоры на детей обоих полов, заставляя в некоторых случаях стыдиться собственных интересов и пристрастий. Дети даже могут начать формировать невроз, потому что будут ощущать себя не такими, как все, но при этом не получат внятного объяснения, что же не так с их выбором.

Отдельные моменты могут вызывать беспокойство и открытого характера. Например, в спорных случаях гендерной идентификации. Фиолетовый цвет — «мальчишечий» или «девчачий»? Вы можете купить своему сыну фиолетовый шарфик с полной уверенностью, что этот цвет близок к синему или вовсе не имеет гендерной окраски, а он откажется его носить, потому что фиолетовый похож на розовый. Конфликт и раздражение на пустом месте.

Информация, которая считывается из социальных источников, въедается глубоко на подкорку, так что с самого нежного возраста надо говорить с ребенком на тему того, что общественные условности могут быть глупыми и вредными. Если он хочет с чем-то играть или что-то носить, то не позволяйте другим детям или воспитателям уничижительно это комментировать. И это вовсе не феминистическое воспитание, а воспитание в режиме здоровой толерантности.

Тихони и шалопаи

Одежда и игрушки — это еще цветочки. Куда более глубинное воздействие оказывается на поведенческие модели девочек и мальчиков. Общественное бессознательное считает, что девочки более тихие, спокойные, собранные, а мальчики — непременно подвижные, активные и задиристые. При этом мальчикам можно драться и давать сдачи, играть в подвижные игры и шуметь. Для девочек же с детства закладывается пассивное времяпрепровождение, желательно занятое чем-то с пользой. Девчонок приучают с помощью игр к роли домохозяйки, а вот давать сдачи или защищать себя — никогда.

Более того, если девочка в детском саду или начальной школе затеет драку с целью защитить себя по какой-либо причине, то беседа с ней будет разительно отличаться от аналогичной беседы с мальчиком. Если мальчику абстрактно расскажут о том, что драться плохо, то девочке сделают выговор за неподобающее поведение именно как представительнице женского пола.

По мнению большинства воспитателей, девочка должна жаловаться на любые неприятности и перекладывать их на чужие плечи, а если она затевает драку с мальчиком, который ее задирает, то в большинстве случаев она «сама виновата». Это очень напоминает так называемый victim blaming (обвинение жертвы), когда социальная ответственность перекладывается на пострадавшую сторону, особенно в случае с насилием. Получается, что агрессивное поведение мальчиков поощряется, а девочка приучается занимать пассивную позицию и «не подставляться», так как любое ее поведение за рамками обыденности будет оцениваться как возможность для оскорбления, которое она должна в силу своего пола перетерпеть.

Такое же различие мы наблюдаем и в системе прививания ценностей. Воспитатели и учителя провозглашают мужские и женские добродетели, опираясь на литературу и соответствующие беседы. Мужчина должен быть сильным, не должен плакать и показывать эмоции, ему нужно развивать ум, чтобы зарабатывать деньги и быть кормильцем семьи. Женщина должна быть красивой, доброй и послушной, а ум имеет второстепенное значение. Если мальчики будут проявлять эмоции, а девочки — силу и интеллект, то их начнут дразнить с подачи этих самых стереотипов. Так ребенок может замкнуться в себе и впасть в депрессию, особенно на фоне типичных проблем постепенного взросления.

Нет возможности выбора

Дети и подростки сильно зависят от того, кто их воспитывает. Они не могут самостоятельно ориентироваться в общественных реалиях, поэтому полагаются на окружающих близких людей в этом вопросе. Если родители замалчивают эту тему или обходят стороной, то по умолчанию дети усвоят общепринятую систему ценностей, которая полна недочетов и пробелов в гендерном образовании. Она не дает детям свободы выбора, а если родители вовремя не объяснят, что такая возможность есть, то может привести к психологической травме. В более сознательном возрасте подросток может начать корректировать свой выбор самостоятельно, но ему придется пробиваться через уже усвоенные установки, что неизбежно приведет к внутреннему конфликту.

Не стоит думать, что если разрешить мальчикам носить розовое, а девочкам — играть в машинки, то они только этим и будут заниматься. Задача адекватного гендерного равноправия вовсе не в этом.

Нужно уметь показать детям, что широкий мир возможностей расстилается прямо перед ними, и никакие дяди и тети не могут за них решать подобные важные вопросы. Не надо стесняться самого себя и своих предпочтений, не надо дразнить других за подобные вещи и, конечно, следует как можно дальше забросить все предрассудки, которые исподволь ведут к ложному выводу: «Мальчики = хорошо, девочки = плохо». Если с детства объяснить ребенку, что он должен оценивать личность как отдельную единицу, а не как представителя «мальчишества» или «девичества», то он в дальнейшем сможет самостоятельно решить гендерный вопрос для самого себя и не конфликтовать с окружающими.