Культура, Кино и книги

«Лучше Пушкин, чем Толкин»: почему с детской литературой в России не все так просто

19218
0
Книги для детей — традиционно самый популярный сегмент на рынке литературы. По данным аналитиков издания «Экономика и жизнь» за 2019 год, детские произведения в топе продаж, их покупает треть читателей.

К популярному сегменту книг в нашей стране выставляется ряд требований: издатели не всегда охотно переводят произведения на спорные темы, а если и решатся это сделать, столкнутся с беспощадной цензурой. Иногда сами родители не хотят давать детям новинки, выбирая вместо них сказки и стишки-потешки, которые сами читали в детстве.

Это далеко не все проблемы, с которыми сталкиваются современные издатели детской литературы. Рассказываем, как вообще появился данный сегмент, какие задачи он должен был решать, и что происходит с ним сегодня.

Как появилась детская литература в России

Ее «изобрели» еще при Петре I: с его подачи появились сборники с правилами этикета для юных дворян. Позже эстафету подхватила Екатерина II. Она редко виделась со своим внуком Александром I, и тоска побудила написать ее «Бабушкину азбуку» — свод советов, которые царица дала бы любимчику, будь она рядом с ним.

Позже начинания правителей продолжали издатель Иван Новиков, баснописец Иван Крылов и другие знаковые создатели книг. Их работы были, скорее, поучительными, чем развлекательными. Все изменили Антоний Погорельский — автор «Черной курицы», и Владимир Одоевский, написавший «Город в табакерке».

Им приписывается введение нового жанра — литературной сказки. До них писатели адаптировали мифы и легенды разных стран — как те же братья Гримм. Погорельский и Одоевский решили создать нечто принципиально отличающееся, притом они убрали всякий налет дидактики — их произведения были призваны развлечь детей и ненавязчиво донести мораль.

За ними последовал Александр Пушкин. Хотя он брал за основу европейские легенды и рыцарские баллады, он умело сочетал их с национальным колоритом: так получались сказки «О Царе Салтане», «О рыбаке и рыбке», «О Попе и о работнике его Балде». Их признали не сразу, однако уже с середины 19 века работами Пушкина вовсю вдохновлялись композиторы и художники — их же включали в первые школьные хрестоматии.

Детская литература все время менялась: становилась все более консервативной, позволяла себе вольности — и так по кругу. Казалось, авторы сами не могли понять, что им нужнее: привить детям определенные навыки или заставить их читать. На рубеже веков произошла книжная революция.

Как «пинкертоновщина» изменила книги для детей

В начале 20 века в Россию из США пришли комиксы о сыщике Нате Пинкертоне. Издатели тут же стали переводить их и адаптировать для местного читателя. Дети буквально не выпускали их из рук, писатели сокрушались: «Культуре конец».

Уже тогда Корней Чуковский писал, что юным читателям нужны яркие и сильные герои, а не сентиментальные персонажи, которые живут в низкопробной «пинкертоновщине». К слову, если мальчики читали рисованные книги о сильном сыщике, то девочки не выпускали из рук произведения Лидии Чарской — создательницы историй о девушках, которые учились в женских институтах, гимназиях и сиротских приютах.

Ее героини сталкивались с темами, актуальными и сегодня: буллингом, соперничеством, тоской по родным, борьбой со строгими школьными правилами. Читательницы прочно ассоциировали себя с ними: в основном, круг почитательниц Чарской состоял из юных дворянок, которых еще в раннем возрасте отдавали в пансионы. Выходили они оттуда уже в зрелом возрасте и практически сразу шли под венец.

Главной книгой Чарской считается книга о «Княжне Джавахе» — она обладает таким эмпауэрмент-посылом, который трудно было представить в те времена. Главная героиня — Нина Джаваха — воспитывалась отцом: она научилась верховой езде, джигитовке и другим «мужским» навыкам, но при этом совсем не умела подать себя в обществе — из-за этого на девочку то и дело сокрушалась ее бабушка. Позже Нина попадала в целый водоворот событий: теряла друга, пыталась смириться с повторной женитьбой отца, сопротивлялась желанию семьи отправить ее в пансион в Петербурге.

Как советские писатели приучали детей к литературе

Корней Чуковский, говоривший о важности ярких героев, вскоре сам стал писать книги для юных читателей. Поэт Лев Оборин рассказывает для «Полки», что одну из своих самых значимых детских работ — «Крокодила» — он создал случайно. Его сын повредил ногу в Хельсинки, и его повезли домой поездом. Чтобы отвлечь ребенка, Корней рассказывал ему под грохот поезда о том, что «Жил да был Крокодил, он по улицам ходил».

Как писал позже сам Чуковский, он не заботился о форме и красоте детских стихов — поэт не считал их искусством и лишь держал в уме, что юным читателям нравятся короткие произведения с четким ритмом и понятными рифмами. Впоследствии детский писатель написал «Мойдодыр», «Тараканище», «Муха-Цокотуха» и другие сказки, пленившие детей легкостью, простотой и несуразностью.

Попутно над детскими стихотворениями работал Саша Черный, находившийся в эмиграции — работы для малышей были полны нежности и доброты, в отличие от его работ для взрослых. Позже, уже в 1920-х, появились десятки издательств, писавших о необходимости классовой борьбы. Одним из самых значимых было «Радуга» — в нем печатали работы Самуила Маршака, Виталия Бианки, Елизаветы Васильевой.

Авторы действовали, исходя из собственных представлений о том, какой должна быть хорошая детская книга. Так, произведения «Радуги» рассказывали о природе, дружбе, уважении к другим. Однако они не смогли работать так долго, как хочется. Ближе к 1930-м создается Госиздат, или ГИЗ, — центральное издательство РСФСР. Его работники требуют от писателей «настоящей пионерской литературы», а не каких-то там жучков и паучков.

После появления ГИЗ дети смогли познакомиться с героями «Республики ШКИД», произведениями обэриутов — представителей сообщества, в которое входили Даниил Хармс, Александр Введенский, Евгений Шварц, Николай Олейников и другие. Правда, «Крокодилу» Чуковского досталось, та же участь постигла и объединение ОБЭРИУ. Едва не подвергся опале Маршак, но его каким-то чудом удалось спасти.

Практически все время курс детской литературы оставался примерно одним: главный герой — непременно добрый малый, который чтит принципы пионеров (либо помогает людям, если речь идет о животных). Антагонист — злодей, а порой и вовсе буржуй. Иногда противником выступали внешние условия.

Так, юные читатели передавали друг другу книги вроде «Тимура и его команды», «Сына полка», адаптации «Винни Пуха» и «Алисы в Стране Чудес» от Заходера, «Крокодила Гены» и еще сотни произведений. Детям в СССР всегда было что почитать. Но вот вопрос: удовлетворяли ли книги их потребности? Не всегда, именно поэтому в 70-х в детские издательства вновь пришли авангардисты. В редакцию «Веселых картинок» вошел представитель Лианозовской школы Генрих Сапгир, свои работы писал Олег Григорьев, также отличавшийся нестандартным стилем.

Что случилось с детской литературой в 90-е

Она жила, и порой весьма успешно. В начале десятилетия появился журнал «Трамвай», завлекавший детей яркими иллюстрациями и незаурядными работами. В нем появлялись произведения не только постоянных авторов — Андрея Усачева, Григория Остера и других, — но и легенд русской словесности: Марины Цветаевой, Бориса Пастернака, Даниила Хармса, Николая Заболоцкого.

Позже дети смогли познакомиться с антологиями и книгами, созданными с одной целью — развлекать. Читатели знакомились с «Ужастиками» Роберта Стайна, «Черным Котенком» Екатерины Вильмонт (Оборин зовет ее «Донцовой для детей»), девочкой-сыщицей Эммой Мухиной, которая сражается против террористов и маньяков.

Конец 90-х ознаменовался выходом «Гарри Поттера» — саги, которую читают по всему миру до сих пор. Российские писатели решили не отставать от тенденций: так, Дмитрий Емец написал цикл о Тане Гроттер из школы «Тибидохс» — поначалу он едва ли не полностью копировал первоисточник, но потом привносил больше своих идей.

Читать по теме:Культура, Кино и книги6 книг о сексуальном воспитании, согласии и границах для детей и родителей

Что происходит с детской литературой сегодня

На первый план выходит янг-эдалт литература — это сегмент, предназначенный для аудитории с 14 до 21 года. В январе 2020 книжный блогер издания «Мел» Анна Федулова выявила 10 жанров и тем, которые пользуются спросом среди малышей и их родителей.

Активное отцовство


Современные писатели дают детям и воспитателям знак, что роль отца важна так же, как и роль матери: он тоже может заботиться о малышах, заниматься их образованием, брать на себя обязанности, которые ранее считались материнскими.

Женская сила

Героини книг все чаще сражаются со злом, учатся новому, заботятся о природе. Таким образом писатели поясняют, что идеальный мир — это тот, где мальчики и девочки равны.

Эко-повестка

Современный герой не обтянут в латекс и не обладает суперсилой: он сортирует мусор, следит за углеродным следом и спасает животных. Детские книги все чаще заостряют внимание на экологии, считает Федулова.

Секс-просвет

Современные родители, а вместе с ними и писатели, уверены, что ребенок должен получать знания об интимной близости не на улице или порно-сайтах, а в книгах, адаптированных специально для детей. В них доходчиво, но аккуратно объясняют, что такое месячные, откуда берутся дети, чем отличаются мужчины от женщин.

Нон-фикшн

Как и в советские времена, современный ребенок интересуется окружающим миром и последними достижениями ученых. В топе нон-фикшна, считает Федулова, — книги, посвященные генетике, бионике, цитологии, программированию.

Истории для малышей

Сейчас особым спросом пользуются потешные стишки, загадки и скороговорки, а также сказки.

Книжки-картинки

Речь идет не о комиксах, а о произведениях, скорее, напоминающих артбуки. Порой в них может не быть слов, но они и ни к чему — современный ребенок любит фантазировать.

Связь между поколениями

Взрослый в современных книгах транслирует не доминирование над ребенком, а принятие и всепоглощающее прощение. Писатели наконец пришли к тому, что воспитать ребенка можно только одним способом — уважая его.

Эмоциональный интеллект

В наше время все популярней становятся софт скиллс — «мягкие навыки», которые упростят общение с другими людьми, работу и другие процессы. Поэтому современные авторы стремятся объяснять детям, как работают эмоции и зачем нужно понимать себя.

Графические романы и комиксы

Они были популярны еще столетия назад, о них не забывают сегодня. Комиксы бывают для любых категорий: детские, взрослые, цветные, черно-белые, поучающие, юмористические.

Современная детская литература, которая издается в России, может удовлетворить вкусы практически любого ребенка. Во многом так происходит из-за того, что контроль над печатью сосредоточен не целиком в руках государства, а каждое издательство лично решает, что, где и как издавать.

С какими проблемами сталкиваются издатели

Первая — это цензура. В нашей стране действует запрет на пропаганду ЛГБТК+ среди детей и подростков — по этой причине издательству «Бомбора» пришлось вырезать из книги «Сказки на ночь для юных бунтарок» историю о трансгендерной девочке Кой Мэтис. С этим же сталкивались переводчики комикса Overwatch — компания «АСТ» убрала из произведения главу «Отражение», повествующую об однополой паре.

Кроме того, некоторые книги, например, те, что посвящены секс-просвету, издавались не так часто, как того хотелось бы родителям. Старые типовые издания («Энциклопедия сексуальной жизни» и др.) вроде бы и давали ответы на главные вопросы о физиологии, но все же оставляли ребенка в растерянности. «Как именно мужчина и женщина получают ребенка?», «Что такое этот ваш секс?» — это далеко не все мысли, которые не давали малышу спать после подобных книг.

Нельзя сказать, что понятных детских книг про секс и тело нет в принципе – просто их начали переводить 2–3 года назад. При этом издательства не позволяют себе работать сразу над десятками просветительских работ. Они, кроме непринятия темы сексуальности в обществе, сталкиваются еще с одной проблемой: хорошей литературы на спорные темы не так уж и много.

Отсюда мы переходим к тому, что авторы детской литературы не всегда могут говорить с читателем прямо. Журналистка Мария Фролова обсудила этот момент с писателями из Бельгии и Нидерландов Шурдом Кёйпером и Жефом Артсом. Они пишут о депрессии; странных ухищрениях для того, чтобы спасти семью; рабстве. Сами авторы отмечали, что стремятся говорить без эвфемизмов — дети не готовы продираться сквозь мысли автора. Их подход нередко приводит к тому, что родители попросту не готовы покупать книги про те же холокост, войну, отношения, ведь там информация подается хоть и сглажено, но все же хлестко.

Как пример — графический роман «Маус» Арта Шпигельмана. По-хорошему эту книгу должны прочитать все: она дает исчерпывающее представление о том, как жили угнетенные евреи — дедушка писателя сам был одним из них, так что автор не понаслышке знает, о чем пишет. Однако в России работе дали возрастной ценз «16+», как бы намекая: «Не готов наш ребенок смотреть на ужасы войны, даже если они поданы в относительно игровой форме». Шпигельман использовал аллегорию с противостоянием мышей, котов и других животных, однако этот шаг не спас его книгу от ограничений.

Третья причина — сложности с продажей книг. Современные родители могут быть всепонимающими и либеральными или же консервативными, жесткими. Подобное деление нередко приводит к тому, что они не всегда решаются купить непонятный им, но по-настоящему интересный для ребенка продукт.

Прежде всего, в дело вступает пресловутая зона комфорта. Консерваторам незачем изучать книжные новинки, читать блоги просветителей, интересоваться у консультантов в магазинах. Проще купить те же «Приключения незнайки», «Денискины рассказы» или условного «Сына полка» — он же на них нормальным вырос. Только вот современный ребенок живет совершенно в иной плоскости, и ему порой могут быть не интересны те произведения, которые поколение 70-80-х читало взахлеб. Далее издателям мешает, как ни странно, слабая эмоциональная связь между взрослым и его детьми. Она особенно хорошо видна именно в ситуациях, когда родитель и ребенок приходят в книжный магазин. Если взрослому некогда вникать в интересы своего чада, кроме того, он не доверяет детскому выбору, родитель, скорее, купит более-менее «безопасную» в его представлении книгу, а именно — классику. Это мешает продвигать на рынке современных авторов с актуальными темами.

Цензура, невозможность говорить прямо, трудности в привлечении родителей — вот триада проблем, с которыми может столкнуться издатель детской литературы. При этом нельзя сказать, что с данным сегментом в России все плохо: если посмотреть на историю его развития, можно заметить, что определенные книги для малышей все время то запрещались, то вновь издавались.

Несмотря на странный климат, производители все же могут выпускать спорные работы — и делают это с удовольствием. Быть может, мы сейчас наблюдаем за переходным периодом, после которого дети смогут наслаждаться действительно интересными и незаурядными книгами?
Читать по теме:Образ жизни, ПсихологияБиблиотерапия: как книги помогают в лечении психических расстройств