Образ жизни, Здоровье

Всего один волосок: что нужно знать о трихотилломании

11285
0
Зачастую под селфхармом принято понимать стремление наносить себе увечья, отвлекаясь от тревожных мыслей благодаря боли. Однако чаще всего желание истязать себя проявляется в поступках, на которые поначалу никто не обратит внимания: одни ковыряют кожу и выдавливают прыщи, другие грызут ногти, третьи же выдергивают волосы. Последнее специалисты называют трихотилломанией. Рассказываем, откуда она берется, и делимся опытом читателей, которые долгие годы живут с позывами избавиться от еще одного волоска.

Как понять, что человек не лысеет, а вырывает волосы

По данным онлайн-ресурса TrichStop, призванного помочь людям с трихотилломанией, этой вредной привычкой страдает 1 % мирового населения, то есть примерно 70 миллионов человек. Под этим термином понимают компульсивное стремление вырвать волос из кожи головы, области бровей или ресниц, хотя порой в ход идут и другие зоны тела. Зачастую персоны с трихотилломанией могут осознавать, что наносят вред организму, однако они не в силах контролировать позывы — выдергивание волос успокаивает их.

Специалисты портала WebMD отмечают, что многих людей с трихотилломанией выдают следующие признаки:

  • Сильное напряжение перед выдергиванием волос либо неспособность противостоять желанию вырвать их;
  • Наличие участков, где не растет покров. Возможно, именно эту зону выщипывал человек на протяжении долгого времени;
  • Стресс из-за проблем с волосами. Иногда это сопровождается усиленным уходом за ними;
  • Часто повторяющиеся действия вроде разглядывания фолликула, заворачивание или жевание волоса.

Зачастую люди с трихотилломанией отрицают, что у них есть ментальное расстройство, и пытаются скрыть потерю волос, окрашивая брови, наращивая ресницы, надевая шляпы или шарфы в том случае, если дело дошло до видимых проплешин. Однако иногда трихотилломания принимает формы, не меняющие качество жизни человека. Так вышло у Рустама.

Со своей привычкой стал бороться только тогда, когда почти выщипал себе подбородок. После этого случая постоянно ловил себя на мысли и ментально бил по руке. Что касается бровей и больших пальцев — хоть убей, не получается! Да и, если честно, не вижу в этом ничего дурного. Бывают, конечно, ситуации, когда меня за этим делом ловят другие люди. На их недоумевающий взгляд, в котором читается немой вопрос, говорю, что что-то загнал. Вообще тяга к этому появилась еще в школе. Тогда я был ультранеуверенным в себе и постоянно стрессовал, просто сидя на уроках. Особенно, если это какая-нибудь математика, в которой я слабо разбираюсь. Все началось с фаланг больших пальцев. Эти волоски почему-то дико бесили, и в моменты стресса я начинал пытаться их вырывать. Затем в дело пошли брови, но не с целью устранить дарованную генами монобровь. Это было хаотично, мог захватить охапку и выдернуть. Благо, они у меня темные и густые, и проплешин не было. Позже, когда начала расти борода, досталось и ей. Излюбленный участок — правая сторона подбородка. Однажды так увлекся, что остался с дырой посреди лица и пришлось сбривать все, чтобы не выглядеть, как дурачок.

Привычка осталась до сих пор. Фаланги больших пальцев — ван лав. Без кустарной депиляции не обходится ни один рабочий день. Иногда достается и бровям, а вот бороду берегу.

Заметил, что с годами это перестало быть средством борьбы со стрессом. Теперь это больше возможность сосредоточиться. Кто-то пальцами перебирает, а я волосы дергаю. Это позволяет сконцентрироваться. Я как будто абстрагируюсь от окружения в физическом смысле, выполняя действие интуитивно, в то время как в голове бурлят мыслительные процессы.

Как справиться с трихотилломанией

Трихотилломанию диагностируют: трихолог (специалист, занимающийся проблемами волос), психотерапевт или психиатр. Стоит понимать, что это расстройство — одно из тех, которые можно убрать только при комплексной работе нескольких врачей. Те, кто призван приводить в порядок ментальное здоровье, выявляют основные триггеры, ведущие к расстройству, и прорабатывают их при помощи когнитивно-поведенческой терапии. Трихологи же восстанавливают первоначальное состояние волосяного покрова.

Читать по теме:КрасотаПочему выпадают волосы и как это остановить

Согласно МКБ-11, болезнь устанавливают при наличии видимых очагов облысения и многократных попытках пациента прекратить вырывать у себя волосы. До конца не ясно, что именно приводит к состоянию, однако среди возможных причин выделяют следующие.

Генетическая предрасположенность.

Человек, у которого есть ближайшие родственники с трихотилломанией в анамнезе, сами рискуют потом столкнуться с этой болезнью.

Стресс, пережитый в детстве.

Зачастую пациенты приступают к выдергиванию волос еще в школе, находясь под влиянием тревожности, вызванной буллингом, недовольством своим телом и другими проблемами.

Наличие других ментальных заболеваний.

Иногда трихотилломания сопровождает депрессию, расстройства пищевого поведения, СДВГ, обсессивно-компульсивное расстройство.

Так, Мария, как и Рустам, столкнулась с трихотилломанией, когда училась в старших классах. Сейчас же она пытается справиться с ней самостоятельно.

Трихотилломания у меня началась в 16 лет. Я до сих пор помню, как вернулась домой с дополнительных занятий, плюхнулась на диван, рука сама потянулась к макушке головы. Одно движение пальцами, и я ощутила легкое пощипывание, а позже увидела в ладони волосок с белесым мешочком. Ни о чем не думая, вытягивала еще, еще, и еще…. У меня до сих пор осталось это состояние, и оно доставляло проблемы: приходилось скрывать залысинки, менять стрижки. Как-то мне стало еще хуже от того, что дядя с нескрываемым удивлением однажды смотрел на мой лоб — недавнюю жертву моих поползновений.

Я думаю, изначально трихотилломания стала откликом моего тела на стресс — я была очень забитой девочкой, которую к тому же прессовали: из меня хотели вырастить медалистку. Сейчас же я вырываю волосы, когда нервничаю или откровенно скучаю. Иногда в ход идут волосы на лице, ногах. Если совсем все плохо — лезу к бровям парня, говоря, что хочу привести их в порядок.

Пытаюсь избавиться от приступов, но получается не очень хорошо: через пару недель все возвращается. Однажды на карантине я обдумывала рабочее задание, а потом увидела у стула здоровенный ком волос: это я слегка понервничала. Стараюсь отвлекаться, держать что-то в руках, играть на компьютере, заниматься механической работой — это позволяет не думать о том, чтобы вытащить волос-другой. Понимаю, что с моей проблемой стоит идти к психотерапевту, но пока руки не доходят.

Почему важна поддержка

Огромную роль в борьбе с трихотилломанией играет помощь близких. Зачастую человек боится рассказать о своей проблеме или обратиться к специалисту, думая, что его посчитают сумасшедшим. Если ты заметила, что близкие тебе люди столкнулись со склонностью выщипывать волосы и это доставляет им проблемы, поговори с ними, объясни, что ничего постыдного в их заболевании нет. Напомни, что они имеют полное право на квалифицированную помощь. Избегай в разговоре обвинительных конструкций в духе «Почему бы тебе просто не взять и перестать выдергивать волосы?!» либо «Надо найти другой способ справляться со стрессом». В таком случае человек лишь отдалится от тебя, не найдя поддержки. Кроме того, важно, чтобы человек воспитывал в себе любовь к своему телу. Так поступает Дарья.

С чего именно началась тяга делать что-то с волосами, сказать трудно. Наверное тогда, когда я начала полноценно применять депиляцию. С возрастом я стала спокойнее относиться к наличию растительности на теле, но даже сейчас, если вижу, что после депиляции осталось 2–3 волоска, я обязательно выдерну их пинцетом или ногтями. Это что-то про перфекционизм или невроз, наверное. Но больше меня волнуют не сами волосы, а именно поры, из которых они растут. Меня то и дело тянет выдавить из нее себум или расковырять вросший волос. Если второе — это, опять же, про «должно быть идеально», то первое в моменте доставляет какое-то извращенное наслаждение. Это как давить прыщи, только это не прыщи.

Приступы заняться этим делом были со мной все время и есть сейчас, разница лишь в том, что теперь я стараюсь спрашивать себя, зачем я это делаю, вызвано ли это тревогой, и если да, то что именно тревожит меня в данный момент, могу ли я переключить свое внимание и справиться с тревогой каким-то более экологичным способом. Иногда это просто про скуку. Например, разговаривая по телефону, я начну ковырять ноги, если в этот момент на мне нет штанов. Или в моменты погружения в свои мысли. Я могу не заметить, как полчаса думала о чем-то, что меня волнует, а тем временем руки, словно не мои, выдергивали волоски. И вот на ногах уже россыпь красных пятен, припухлости, иногда даже кровоточащие ранки.

И в этот момент накрывает чувство вины: «Зачем ты себя уродуешь?», «Посмотри на себя, это ты сделала со своими ногами, теперь они некрасивые, никто тебя не полюбит!». От этого так гадко. Я начинаю гладить себя, успокаивать, обрабатывать антисептиком, приговаривать, что все это заживет уже к утру. Начинаю потихоньку прощать себя за содеянное, обещаю больше так не делать. Что-то про детство, да?

К утру припухлости и покраснения, конечно, сходят, но порой остаются шрамы и пигментные пятна. Иногда я впадаю в состояние жертвы и грешу на то, что такова моя природа — много волос, дороговизна депиляции, мечты о том, как хорошо было бы, если бы я была не такая волосатая.

Я не борюсь с этой привычкой, я пытаюсь разобраться, почему так часто нервничаю, и как так вышло, что самый простой способ успокоиться — это сначала изуродовать себя, потом наказать за это, а сверху еще и начать ненавидеть свое тело.

Я стараюсь быть добрее к себе, ухаживать за телом, гладить его, рассматривать, делать фотографии. Также отвлекаться, грубо говоря, «хватать себя за руку», когда есть тяга выдернуть что-то.